Встреча и разговор с режиссером Юлием Гриншпуном

     Начиная с апреля месяца, мы каждый день встречались с чрезвычайно одаренным человеком, мастером. Он приехал в свой театр по приглашению, на постановку мюзикла Ф. Лоу «Моя прекрасная леди» по пьесе Бернарда Шоу «Пигмалион». Он совсем не постарел, по-прежнему молод душой, любопытен и неравнодушен. Может быть, стал чуть терпимее и мягче. Мы часто слышим от него: «Я раб своей профессии», так может сказать о себе режиссер, наделенный особым чувством гармонии. Любая фальшь и неточность в работе над спектаклем не дает ему покоя. Дотошливый и въедливый, он не знает усталости. Да, работа с ним требует от всех напряжения сил и нервов. Но это напряжение и создает ощущение человеческого счастья. Правда, сам режиссер перед премьерой тоже напряжен.

Ю.И. - Ощущение такое, как на «Титанике». И не знаешь, потонет он или выплывет. Я пошел к артистам.
 

Заходит в гримерную к Маслаковой:

- Таня, ты очень хорошая актриса. Из немногих-немногих… к тому же ты излучаешь доброту. Не бойся, выходи как на бой, испытывай счастье от игры, не зря же я с тобой столько вожусь. Мажься, что бы была красавицей.

Обращается к Макашиной:

-- Зося Анатольевна, сколько мы с тобой не виделись? Восемь лет? Похорошела, похудела, и, как говорят в Одессе, - «а профессия в руках».

Черятникову:

-- Не бойся быть сентиментальным. Не слезливым, но любящим. Не бойся затратить сердце. Если отсюда не пойдет, ничего не произойдет. Понял? Мелодрама - это великое дело. И трудное.
 

Т.С. - Скажите, почему судьба золушки-замарашки. И ее превращение в личность вызывает такой интерес?

Ю.И. - Это редкий случай в истории драматургии, когда скучная пьеса, где герой учитель фонетики - стала классической. Что-то там есть такое - тайное! Тайна великой духовности этого произведения. В некотором смысле «Золушка» любимая сказка всех народов. Это шанс, а он может встретиться на твоем пути. Этот шанс Элиза зарабатывает сама, своим трудом, своим сердцем. Когда что-то тебе падает с неба (счастье) - это красиво. А когда заработано жизнью - это правда.

Т.С. - Что должен уметь артист, играя мюзикл.

Ю.И. - Мы в нашей стране мюзикл играть не умеем, это не родное. Родное - это свое. Но мы хотим жить как Европа и ставим мюзиклы. Это большой праздник и это стоит больших денег. Мы берем другим. Мы с большим удовольствием исследуем судьбу героев. Актеры внимательно и заразительно отнеслись к своим ролям. Они молодцы.

Т.С. - На Ваш взгляд, как сложилась бы судьба Элизы и Хиггенса в жизни?

Ю.И. - Шоу не предполагал их любовной связи. Но мюзикл требует хеппи-энда. В мюзикле есть любовная музыка, и она соединяет героев. Никогда Хиггенс не избавится оттого, что он ее сделал. Она будет ущербная жена. Я не верю, что она изменилась окончательно. Она сумела сыграть эту роль. Любовь ли это? Наверное, это борьба за свое достоинство.

Т.С.- Печальный сюжет жизни…

Ю.И. - По-моему, печальный.

Т.С. - Какие требования Вы считаете неукоснительными в работе с дирижером, художником, балетмейстером?

Ю.И. - Одно требование, они должны быть талантливыми людьми.

Т.С. - Вы повезли бы этот спектакль в Америку?

Ю.И. - Навряд ли. Они очень не любят чужого. Америка - не театральная страна.

Т.С. - Вы поставили глубокий спектакль о любви. Насколько я помню, раньше Вас эта тема не привлекала.

Ю.И. - Только идиота не может трогать тема любви. Мелодраму поставить безумно трудное дело. Два героя не должны быть циниками.

Т.С. - Если бы Вы остались в Хабаровске… и организовали муниципальный театр, скажем имени Хабарова.

Ю.И. - Муниципальный театр имени Дюка Ришелье - это нормально. А имени Хабарова - это смешно. А потом, не было нужды. Этот театр сам по себе очень приличный.

Т.С. - В Ваших спектаклях, зачастую, комедия и трагедия - два лица одного явления. Вам удается соединить сарказм, лирику, абсурд…

Ю.И. - Это наша жизнь. Я еду из Москвы в Одесу - две таможни. Абсурд жизни.

Т.С. - А что такое по Вашему «живой» театр?

Ю.И. - Абсолютно понятная вещь. В первую очередь это живой репертуар, нужно слышать время. Что сегодня? Живой репертуар в разное время. Режиссер может придумать все что угодно. Но если актеры твои идеи не воплотили - это мертвый театр. Пробиться к актеру, чтобы они участвовали в процессе. И наконец живой театр в который приходит живой зритель.

Т.С. - Можно дли Вас назвать человеком театральной династии?

Ю.И. - Династии - вряд ли. Отец - режиссер очень хороший. Родоначальник оперетты. Мама - пианистка. Дядя Исаак Шварц - композитор. Дед - бухгалтер.

Т.С. А что Вас радует в жизни и творчестве, а что нет?

Ю.И. -  Я не люблю слова «назад». Искусство - это всегда вперед. Классика - это всегда вперед. Человек рождается свободным, несвободный человек не может заниматься искусством. Только свободный человек может рассчитывать на успех. Если я почувствую, что я несвободен в пьесе и с актерами. Я буду считать это началом конца профессии. Легче можно сказать, что я не люблю. Я не люблю рис, суп. Я не могу смотреть мыльные оперы, хотя их смотрит весь мир. Я люблю ставить водевили, оперы, оперетты, драмы, трагедии. Я люблю в театре абсолютно все. Любой театр мне дорог. Больше всего на свете я люблю ставить и выдумывать. Обожаю американские детективы. В разное время я люблю разное.

Т.С. - Вы обладаете огромной энергией, от чего Вы подпитываетесь?

Ю.И. - Я - вампир. Репетиции - это вампиризм. А от актеров, актеры - от меня. Здесь все завязано в узел. Я питаюсь материалом, живописью, музыкой, интуицией. Есть удовольствие от репетиций.

Т.С. - Почему оригинальность другого человека так отпугивает? Почему непонимание рождает неприязнь?

Ю.И. - Это вечное, библейское. Неприятие Христа. Зависть. Отсюда нарушение заповедей. Бездарному, ограниченному человеку не дано понять.

Т.С. - Вы теперь известны в стране как режиссер выездной. Где Вы бывали? Почему многие актеры не хотят возвращаться в Россию?

Ю.И. - Из моего театра уехали двенадцать человек. Я думаю, это очень плохо. Это не может не сказаться на театральной ситуации в стране. Театр стал необязательным для актера. Исчезает прелесть игры. И конечно, экономические беды.

Т.С. - Почему Вы еще здесь?

Ю.И. - По многим причинам. Это язык. Второе, это общение. Может быть дети. Может быть внуки. Все это достаточно трагично. Но приезжать, видеть мир - это большое счастье.

Т.С. - Что ожидает Вас в ближайшее время?

Ю.И. - Ничего хорошего.

Записала Тамара Бабурова (зав. литчастью театра)

1995 г.

Связанные материалы:

· История: Юлий Гриншпун

· Спектакли: «Моя прекрасная леди» (архив)

 
Версия сайта для слабовидящих
Обычная версия сайта
 
Яндекс.Метрика
Наверх